43 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Отвод адвоката свидетеля

Некоторые спорные вопросы отвода адвоката, участвующего в уголовном деле

Действующий закон связывает необходимость отстранения адвоката от участия в деле только с теми обстоятельствами, которые указаны в ст. 72 УПК РФ. Исключительность перечня, приведенного в данной статье УПК РФ, подтверждается позицией Конституционного суда РФ, сформулированной в Определении от 19.03.2009 № 322-О-О: «Отстранение защитника от участия в деле дознавателем, следователем или судом не должно быть произвольным, возможно лишь по основаниям, установленным Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации».

Действующий закон связывает необходимость отстранения адвоката от участия в деле только с теми обстоятельствами, которые указаны в ст. 72 УПК РФ. Исключительность перечня, приведенного в данной статье УПК РФ, подтверждается позицией Конституционного суда РФ, сформулированной в Определении от 19.03.2009 № 322-О-О: «Отстранение защитника от участия в деле дознавателем, следователем или судом не должно быть произвольным, возможно лишь по основаниям, установленным Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации».

В уголовном деле по обвинению В. совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, ст. 289 УК РФ следователь принял решение об отводе защитника, руководствуясь положениями п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, на том основании, что защитник ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им обвиняемого.

Коротко опишем ситуацию. Из материалов дела следует, что адвокат М.. принимал участие в следственных действиях с участием свидетелей в порядке, предусмотренном ч. 5 ст. 189 УПК РФ. На этапе выполнения требований, предусмотренных ст. 217 УПК РФ, тот же адвокат М. вступил в дело в качестве защитника обвиняемого В. На основании того, что следователь, ведущий производство по делу включил показания свидетелей, которым адвокат М. оказывал юридическую помощь, в перечень доказательств обвинения и, руководствуясь п. 3 ч.1 ст. 72 УПК РФ, защитник обвиняемого был отведен из уголовного дела. Следователь в своем постановлении указал, в частности, что адвокат М. принимал участие в следственных действиях с участием лиц, которые имеют «статус свидетелей со стороны обвинения».

Суд отказал в удовлетворении жалобы и отмене постановления об отводе защитника, ссылаясь на обоснованность принятого следователем решения и несостоятельность доводов обвиняемого и его защитника. В частности, судья указал, что «следователем обосновано был сделан вывод о том, что интересы обвиняемого В. и свидетелей противоречат друг другу». Обоснованные возражения и доводы адвоката М., который указывал, что показания всех указанных свидетелей, которым он оказывал юридическую помощь в порядке ст. 189 УПК РФ, указаны им в качестве доказательств защиты, суд при этом признал несостоятельными.

1. Следует отметить, что законные интересы участников в уголовном судопроизводстве бывают двух видов. Первая группа интересов выражается в заинтересованности в исходе дела (то есть, по сути, носит материально-правовой характер). Вторая группа – собственно процессуальные интересы, которые заключаются в соблюдении процессуальных прав участника. Если участник имеет интерес в исходе дела, то согласно уголовно-процессуальному закону, он представляет сторону обвинения или защиты, если участник не имеет заинтересованности в исходе дела, его интерес может выразиться только в соблюдении его процессуальных прав и в законности наложения обязанностей и ответственности. Свидетель согласно главам 6,7,8 УПК РФ к сторонам в уголовном процессе не относится, заинтересованности в исходе дела с точки зрения законодателя, не имеет, таким образом, его законные интересы в рамках уголовного дела могут носить только процессуальный характер. Противоречия между интересами обвиняемого и свидетеля, таким образом, могут быть связаны с нарушением обвиняемым процессуальных прав свидетеля. Подобные противоречия фактически могут выразиться в угрозах безопасности свидетеля или его близких.

Полагаем, в самом широком смысле (причем, не вытекающем из буквального текста УПК РФ, предусматривающего весьма жесткую конструкцию деления участников на стороны, а основанном на обобщении практики) можно установить возможность конфликта интересов обвиняемого и свидетеля в некоторых случаях. В частности, если кто-либо из свидетелей ранее участвовал в производстве по данному делу в качестве подозреваемого или обвиняемого, потерпевшего, или был родственником указанных лиц. Однако, как следовало из материалов дела по обвинению В., подобных обстоятельств в данном деле не существовало.

Свидетели, которым адвокат оказывал юридическую помощь, по данному уголовному делу, участвовали в данном деле только в качестве свидетелей, подозрения и обвинения в их адрес не выдвигались, оснований для признания этих лиц потерпевшими также не имелось. Также указанные свидетели, как это следует из существа обвинения, не являлись родственниками потерпевших или иных обвиняемых по данному делу. Из материалов не следовало, что существует или существовала угроза безопасности указанных свидетелей.

Таким образом, утверждение о наличии какого-либо конфликта (противоречий) интересов по уголовному делу у данных свидетелей и обвиняемого не нашло подтверждения.

2. Указание следователя, ведущего производство по делу В. и принявшего решение об отводе адвоката, и судьи, оставившей это постановление в силе, на процессуальный статус свидетелей как «свидетелей обвинения», не должно иметь юридической силы, так как оно не основано на законе.

В частности, статья 15 УПК РФ предусматривает, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон, в частности, стороны защиты и стороны обвинения. Рассматривая в совокупности ст. 15 и главы 6 и 7 УПК РФ можно сделать однозначный вывод, что действующий УПК РФ не относит такого участника уголовного процесса как свидетель к сторонам уголовного судопроизводства и вообще не предусматривает деление свидетелей на свидетелей защиты и свидетелей обвинения.

Всякое подобное деление не соответствует букве и смыслу уголовно-процессуального закона и, думается, не должно приниматься судом во внимание до момента принятия решения по существу уголовного дела. Эта позиция подкрепляется тем, что согласно статье 17 УПК судья, следователь, дознаватель и прокурор оценивают доказательства самостоятельно и по своему внутреннему убеждению, причем никакие доказательства, в том числе и показания свидетеля не имеют заранее установленной силы. Поэтому утверждения стороны обвинения в рассматриваемом случае, что показания свидетелей относятся к доказательствам обвинения, имеют точно такое же оценочное значение как утверждение защитника, который те же самые показания указал как доказательства защиты. Кроме того доказательства, подтверждающие позицию защиты, точно так же как и доказательства, подтверждающие обвинение, указываются в обвинительном заключении.

Таким образом, до рассмотрения дела судом по существу и оценки этих показаний в приговоре или ином решении суда 1 инстанции, любой однозначный вывод о направленности показаний указанных свидетелей представляется преждевременным и не соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона.

Вышесказанное позволяет прийти к следующему выводу. Адвокат М., действовавший в порядке, предусмотренном ст. 189 УПК РФ, не представлял интересы свидетелей, которые могли бы противоречить интересам обвиняемого. Перечень обстоятельств, исключающих участие адвоката в уголовном деле (ст. 72 УПК РФ), не включает в себя указание на отстранение адвоката в случаях оказания им юридической помощи другим участникам уголовного дела при отсутствии противоречий в интересах. Отнесение показаний свидетелей к доказательствам обвинения следователем и без учёта мнения стороны защиты, носит предварительный и субъективный характер и не указывает на наличие противоречий интересов обвиняемого и свидетелей.

Опубликовано: Совершенствование деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью в современных условиях. Материалы Международной научно-практической конференции (2-3 ноября 2012 года) Выпуск 9. Тюмень: ТГАМЭУП, 2012.

В Иркутске апелляция признала незаконным отвод защитника от участия в уголовном деле

3 июня Иркутский областной суд отменил постановление суда первой инстанции, которым была признана законность отвода адвоката КА Союза юристов Иркутской области Андрея Шайдурова от участия в уголовном деле в качестве защитника, и признал незаконным соответствующее постановление следователя.

Конфликт интересов как повод для отвода

Как указывалось в постановлении следователя по особо важным делам СУ СК РФ по Иркутской области от 2 апреля 2019 г. (имеется в распоряжении «АГ»), гражданка А.Б. была задержана 3 марта по подозрению в совершении преступления, предусмотренного пп. «б» и «в» ч. 2 ст. 214 УК РФ. На следующий день ей было предъявлено обвинение и избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Защитником обвиняемой, действующим по соглашению, стал Андрей Шайдуров.

В постановлении отмечалось, что поскольку адвокат также оказывал юридическую помощь свидетелю по уголовному делу В.Е., интересы которой, по мнению следователя, противоречили интересам обвиняемой, то он подлежит отводу от участия в деле в качестве защитника. При этом следствие сослалось на позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в Определении от 9 ноября 2010 г. № 1573-О-О, и ч. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре.

Следственный орган пришел к выводу, что адвокат знает линию защиты обвиняемой, а также обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, которые известны В.Е., в связи с чем может манипулировать данными сведениями и искажать их, что в дальнейшем будет препятствовать оказанию им юридических услуг указанным лицам.

Суд поддержал выводы следователя

Андрей Шайдуров обжаловал постановление следователя в порядке ст. 125 УПК РФ в Октябрьский районный суд г. Иркутска. В жалобе (есть у «АГ») он указал, что постановление не содержит сведений о том, какие именно интересы обвиняемой противоречат интересам свидетеля и в чем они выражаются. Кроме того, следствие не привело никаких доказательств оказания адвокатом квалифицированной юридической помощи свидетелю в порядке, установленном Законом об адвокатуре.

Суд, рассмотрев жалобу, оставил ее без удовлетворения. В постановлении от 15 апреля (есть у «АГ»), в частности, указано, что обоснованность постановления об отводе защитника подтверждена собранными по делу доказательствами.

Так, согласно рапорту старшего оперуполномоченного ОБОП УУР ГУ МВД России по Иркутской области адвокат Шайдуров оказывал давление на свидетеля, звонил ей по телефону, использовал для переговоров мессенджер «Вотс Апп», инструктировал о том, как вести себя на допросе, что говорить, а что нет, в том числе не свидетельствовать против обвиняемой, отрицать факт их знакомства, давать заведомо ложные показания. Также отмечалось, что с некоторыми свидетелями адвокат встречался и лично отвозил к местам проведения следственных действий на автомобиле.

В обоснование своей позиции суд сослался на Определение КС от 15 октября 2018 г. № 2518-О, о котором ранее писала «АГ». В нем указано, что дача показаний по делу или отказ от свидетельствования не исключают наличия у свидетеля собственного интереса, в том числе в случаях, когда его показания или отказ от их дачи подлежат последующей оценке с точки зрения перспективы уголовного преследования по ст. 307 или 308 УК либо касаются самого свидетеля, его супруга или близких родственников. Кроме того, содержание показаний не всегда нейтрально по отношению к сторонам, имеющим в деле собственный интерес, и может как подтверждать, так и опровергать обвинение и носить, таким образом, обвинительный или оправдательный характер.

Читать еще:  Письмо в прокуратуру о мошенничестве образец

«Следовательно, сам факт участия в деле того или иного свидетеля либо занимаемая им позиция могут противоречить интересам иных участников уголовного процесса, что, в свою очередь, порождает конфликт интересов у приглашенного свидетелем для оказания юридической помощи при его допросе адвоката, оказывающего или ранее оказывавшего юридическую помощь иным участникам этого дела. Предотвращению такого конфликта служит институт отводов», – сообщается в документе.

Таким образом, резюмируется в постановлении, запрет адвокату принимать поручение от лица, обратившегося к нему за юридической помощью, если интересы данного лица противоречат интересам доверителя, не может быть сведен лишь к наличию противоречий интересов сторон, а охватывает интересы любых доверителей, которым адвокат оказывает юридическую помощь в этом деле, включая свидетелей.

Доводы апелляционной жалобы

Не согласившись с решением суда, Андрей Шайдуров обжаловал его в апелляцию. В жалобе (имеется у «АГ») он подчеркнул, что в постановлении суда не указаны основания, по которым при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Также он настаивал на том, что в постановлениях суда и следователя не было приведено убедительных, достаточных доказательств оказания адвокатом квалифицированной юридической помощи свидетелю по делу в порядке, установленном Законом об адвокатуре.

Как поясняется в жалобе, о том, что В.Е. является свидетелем по делу, адвокату стало известно лишь при получении постановления об отводе. При этом он подчеркнул, что по смыслу п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК только ордер адвоката в деле может достоверно подтверждать юридически значимое обстоятельство – оказание юридической помощи лицу в рамках уголовного дела.

По мнению адвоката, суд неверно истолковал позицию КС, изложенную в определении № 2518-О. «Толкование данного определения необходимо производить во взаимосвязи с правовой позицией, изложенной и в Определении № 1573-О-О, а именно о том, что из п. 3 части первой ст. 72 УПК с определенностью следует, что наличие таких противоречий должно иметь место на момент принятия решения об отводе. Не допускается отвод адвоката, если имеются лишь предположения о возможности возникновения противоречий интересов в будущем. Судом же положения позиции Конституционного Суда РФ истолкованы односторонне», – сообщается в апелляционной жалобе.

Там же отмечается, что суд незаконно и необоснованно отклонил доводы защитника об отсутствии в обжалуемом постановлении указания на конкретные противоречия интересов обвиняемой и свидетеля.

Адвокат обратил внимание апелляции, что ему непонятно, с какого момента В.Е. приобрела статус свидетеля. Он пояснил, что согласно УПК свидетель определяется не только как лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, как указано в постановлении суда, но и которое вызвано для дачи показаний, о чем в указанном процессуальном документе умалчивается. «Таким образом, даже если предположить, что между мной и В.Е. было какое-то общение, то на тот момент статусом свидетеля она не обладала, поскольку не была вызвана на допрос в качестве такового», – подчеркивается в жалобе.

По мнению адвоката, обжалуемое постановление следователя не только противоречит закону, но и создает опасный прецедент, позволяющий произвольно ограничивать право на защиту обвиняемого, а также искусственно создавать препятствия для деятельности защитников. «Убежден, что вынесенное следователем постановление явилось следствием моей активной работы по защите интересов обвиняемой», – указано в документе.

Апелляция вернула защитника в дело

Изучив представленные материалы, Иркутский областной суд признал постановление суда первой инстанции подлежащим отмене, а постановление следователя – незаконным и нарушающим гарантированное Конституцией и УПК право обвиняемой на защиту.

В постановлении от 3 июня (есть у «АГ») отмечается, что в ст. 48 Конституции РФ закреплено право свидетеля, как и любого другого гражданина, на получение квалифицированной юридической помощи. В соответствии с ч. 5 ст. 189 УПК свидетель может явиться на допрос с адвокатом, который допускается к участию в допросе свидетеля при предъявлении ордера и удостоверения. Вмесите с тем, указал суд, в материалах дела не содержится сведений, подтверждающих оказание Андреем Шайдуровым юридической помощи свидетелю в ходе ее допроса.

При этом показания свидетеля и рапорт оперуполномоченного являются недостаточными для установления этого обстоятельства, так как процессуального оформления оказания адвокатом юридической помощи свидетелю в рамках уголовного дела не имеется. Кроме того, суд согласился, с тем, что в оспариваемых решениях не указано, в чем конкретно заключается противоречие интересов обвиняемой и свидетеля.

Таким образом, подчеркнул апелляционный суд, выводы органа предварительного следствия и суда первой инстанции об оказании адвокатом юридической помощи свидетелю, а также о наличии противоречий в интересах обвиняемой и свидетеля и, как следствие, – о наличии обстоятельств, исключающих участие Андрея Шайдурова в производстве по уголовному делу, предусмотренных ст. 72 УПК, преждевременны и необоснованны. Иных оснований, препятствующих защите обвиняемой, в отношении адвоката судом не установлено.

Вместе с тем областной суд пришел к выводу, что допущенные первой инстанцией нарушения могут быть устранены при рассмотрении дела в апелляционном порядке, в связи с чем вынес новое решение.

При этом он сослался на разъяснения КС, из которых следует, что решение об отводе защитника, как и решение об отказе в удовлетворении ходатайства о допуске к участию в деле защитника, приглашенного подозреваемым, обвиняемым, должны быть законными, обоснованными и мотивированными, с указанием на конкретные фактические основания, базирующиеся на материалах дела (Определения от 14 октября 2004 г. № 333-О, от 13 октября 2009 г. № 1111-О-О, от 9 ноября 2010 г. № 1573-О-О и от 24 сентября 2012 г. № 1515-О).

Комментарий адвоката

Комментируя «АГ» апелляционное постановление, Андрей Шайдуров отметил, что оно его полностью устраивает. «Основные доводы, изложенные в жалобе, были услышаны судом, – пояснил он. – Первая инстанция не должна была давать оценку показаниям В.Е. о том, что я якобы оказал ей юридическую помощь. Суду следовало исходить из достоверных и объективных фактов. Апелляция правильно указала, что в соответствии с УПК интересы свидетелей и потерпевших защищает адвокат, полномочия которого подтверждены ордером. Кроме того, должен быть договор на оказание юридической помощи. В отношении свидетеля такого договора не было». При этом он добавил, что в течение двух месяцев был лишен возможности защищать своего доверителя.

Адвокат с удовлетворением подчеркнул, что благодаря позиции суда апелляционной инстанции не был создан прецедент, который позволял бы по каким-либо основаниям, в том числе надуманным, отводить неугодных адвокатов от участия в уголовном деле.

В заключение Андрей Шайдуров добавил, что он обращался в Адвокатскую палату Иркутской области уже после того, как суд первой инстанции признал постановление об отводе обоснованным: «Я надеялся, что суд разберется в ситуации, но получил отрицательное решение. После этого принял решение обращаться за содействием в палату».

Комментарий вице-президента АП Иркутской области

По словам вице-президента АП Иркутской области Сергея Старостенко, Андрей Шайдуров, обратившись в адвокатскую палату, представил документы, в том числе якобы свидетельствующие об оказании им давления на свидетелей по делу.

Из этих документов Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов и Совет палаты сделали вывод, что в отношении Андрея Шайдурова проводятся ОРМ (наблюдение и прослушивание) в отсутствие санкции суда. «Мы сочли необходимым направить обращение прокурору о недопустимости проведения ОРМ в отношении Андрея Шайдурова и просили пресечь эти действия», – отметил Сергей Старостенко. При этом он добавил, что палата одобрила действия Андрея Шайдурова по обжалованию постановления следователя в порядке ст. 125 УПК.

«Апелляционная инстанция подтвердила правомерность выбранной стратегии и тактики Комиссии по защите прав адвокатов и Совета палаты», – резюмировал Сергей Старостенко.

В Иркутске апелляция признала незаконным отвод защитника от участия в уголовном деле

3 июня Иркутский областной суд отменил постановление суда первой инстанции, которым была признана законность отвода адвоката КА Союза юристов Иркутской области Андрея Шайдурова от участия в уголовном деле в качестве защитника, и признал незаконным соответствующее постановление следователя.

Конфликт интересов как повод для отвода

Как указывалось в постановлении следователя по особо важным делам СУ СК РФ по Иркутской области от 2 апреля 2019 г. (имеется в распоряжении «АГ»), гражданка А.Б. была задержана 3 марта по подозрению в совершении преступления, предусмотренного пп. «б» и «в» ч. 2 ст. 214 УК РФ. На следующий день ей было предъявлено обвинение и избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Защитником обвиняемой, действующим по соглашению, стал Андрей Шайдуров.

В постановлении отмечалось, что поскольку адвокат также оказывал юридическую помощь свидетелю по уголовному делу В.Е., интересы которой, по мнению следователя, противоречили интересам обвиняемой, то он подлежит отводу от участия в деле в качестве защитника. При этом следствие сослалось на позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в Определении от 9 ноября 2010 г. № 1573-О-О, и ч. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре.

Следственный орган пришел к выводу, что адвокат знает линию защиты обвиняемой, а также обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, которые известны В.Е., в связи с чем может манипулировать данными сведениями и искажать их, что в дальнейшем будет препятствовать оказанию им юридических услуг указанным лицам.

Суд поддержал выводы следователя

Андрей Шайдуров обжаловал постановление следователя в порядке ст. 125 УПК РФ в Октябрьский районный суд г. Иркутска. В жалобе (есть у «АГ») он указал, что постановление не содержит сведений о том, какие именно интересы обвиняемой противоречат интересам свидетеля и в чем они выражаются. Кроме того, следствие не привело никаких доказательств оказания адвокатом квалифицированной юридической помощи свидетелю в порядке, установленном Законом об адвокатуре.

Суд, рассмотрев жалобу, оставил ее без удовлетворения. В постановлении от 15 апреля (есть у «АГ»), в частности, указано, что обоснованность постановления об отводе защитника подтверждена собранными по делу доказательствами.

Так, согласно рапорту старшего оперуполномоченного ОБОП УУР ГУ МВД России по Иркутской области адвокат Шайдуров оказывал давление на свидетеля, звонил ей по телефону, использовал для переговоров мессенджер «Вотс Апп», инструктировал о том, как вести себя на допросе, что говорить, а что нет, в том числе не свидетельствовать против обвиняемой, отрицать факт их знакомства, давать заведомо ложные показания. Также отмечалось, что с некоторыми свидетелями адвокат встречался и лично отвозил к местам проведения следственных действий на автомобиле.

Читать еще:  Подать заявление в прокуратуру по факту мошенничества

В обоснование своей позиции суд сослался на Определение КС от 15 октября 2018 г. № 2518-О, о котором ранее писала «АГ». В нем указано, что дача показаний по делу или отказ от свидетельствования не исключают наличия у свидетеля собственного интереса, в том числе в случаях, когда его показания или отказ от их дачи подлежат последующей оценке с точки зрения перспективы уголовного преследования по ст. 307 или 308 УК либо касаются самого свидетеля, его супруга или близких родственников. Кроме того, содержание показаний не всегда нейтрально по отношению к сторонам, имеющим в деле собственный интерес, и может как подтверждать, так и опровергать обвинение и носить, таким образом, обвинительный или оправдательный характер.

«Следовательно, сам факт участия в деле того или иного свидетеля либо занимаемая им позиция могут противоречить интересам иных участников уголовного процесса, что, в свою очередь, порождает конфликт интересов у приглашенного свидетелем для оказания юридической помощи при его допросе адвоката, оказывающего или ранее оказывавшего юридическую помощь иным участникам этого дела. Предотвращению такого конфликта служит институт отводов», – сообщается в документе.

Таким образом, резюмируется в постановлении, запрет адвокату принимать поручение от лица, обратившегося к нему за юридической помощью, если интересы данного лица противоречат интересам доверителя, не может быть сведен лишь к наличию противоречий интересов сторон, а охватывает интересы любых доверителей, которым адвокат оказывает юридическую помощь в этом деле, включая свидетелей.

Доводы апелляционной жалобы

Не согласившись с решением суда, Андрей Шайдуров обжаловал его в апелляцию. В жалобе (имеется у «АГ») он подчеркнул, что в постановлении суда не указаны основания, по которым при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

Также он настаивал на том, что в постановлениях суда и следователя не было приведено убедительных, достаточных доказательств оказания адвокатом квалифицированной юридической помощи свидетелю по делу в порядке, установленном Законом об адвокатуре.

Как поясняется в жалобе, о том, что В.Е. является свидетелем по делу, адвокату стало известно лишь при получении постановления об отводе. При этом он подчеркнул, что по смыслу п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК только ордер адвоката в деле может достоверно подтверждать юридически значимое обстоятельство – оказание юридической помощи лицу в рамках уголовного дела.

По мнению адвоката, суд неверно истолковал позицию КС, изложенную в определении № 2518-О. «Толкование данного определения необходимо производить во взаимосвязи с правовой позицией, изложенной и в Определении № 1573-О-О, а именно о том, что из п. 3 части первой ст. 72 УПК с определенностью следует, что наличие таких противоречий должно иметь место на момент принятия решения об отводе. Не допускается отвод адвоката, если имеются лишь предположения о возможности возникновения противоречий интересов в будущем. Судом же положения позиции Конституционного Суда РФ истолкованы односторонне», – сообщается в апелляционной жалобе.

Там же отмечается, что суд незаконно и необоснованно отклонил доводы защитника об отсутствии в обжалуемом постановлении указания на конкретные противоречия интересов обвиняемой и свидетеля.

Адвокат обратил внимание апелляции, что ему непонятно, с какого момента В.Е. приобрела статус свидетеля. Он пояснил, что согласно УПК свидетель определяется не только как лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, как указано в постановлении суда, но и которое вызвано для дачи показаний, о чем в указанном процессуальном документе умалчивается. «Таким образом, даже если предположить, что между мной и В.Е. было какое-то общение, то на тот момент статусом свидетеля она не обладала, поскольку не была вызвана на допрос в качестве такового», – подчеркивается в жалобе.

По мнению адвоката, обжалуемое постановление следователя не только противоречит закону, но и создает опасный прецедент, позволяющий произвольно ограничивать право на защиту обвиняемого, а также искусственно создавать препятствия для деятельности защитников. «Убежден, что вынесенное следователем постановление явилось следствием моей активной работы по защите интересов обвиняемой», – указано в документе.

Апелляция вернула защитника в дело

Изучив представленные материалы, Иркутский областной суд признал постановление суда первой инстанции подлежащим отмене, а постановление следователя – незаконным и нарушающим гарантированное Конституцией и УПК право обвиняемой на защиту.

В постановлении от 3 июня (есть у «АГ») отмечается, что в ст. 48 Конституции РФ закреплено право свидетеля, как и любого другого гражданина, на получение квалифицированной юридической помощи. В соответствии с ч. 5 ст. 189 УПК свидетель может явиться на допрос с адвокатом, который допускается к участию в допросе свидетеля при предъявлении ордера и удостоверения. Вмесите с тем, указал суд, в материалах дела не содержится сведений, подтверждающих оказание Андреем Шайдуровым юридической помощи свидетелю в ходе ее допроса.

При этом показания свидетеля и рапорт оперуполномоченного являются недостаточными для установления этого обстоятельства, так как процессуального оформления оказания адвокатом юридической помощи свидетелю в рамках уголовного дела не имеется. Кроме того, суд согласился, с тем, что в оспариваемых решениях не указано, в чем конкретно заключается противоречие интересов обвиняемой и свидетеля.

Таким образом, подчеркнул апелляционный суд, выводы органа предварительного следствия и суда первой инстанции об оказании адвокатом юридической помощи свидетелю, а также о наличии противоречий в интересах обвиняемой и свидетеля и, как следствие, – о наличии обстоятельств, исключающих участие Андрея Шайдурова в производстве по уголовному делу, предусмотренных ст. 72 УПК, преждевременны и необоснованны. Иных оснований, препятствующих защите обвиняемой, в отношении адвоката судом не установлено.

Вместе с тем областной суд пришел к выводу, что допущенные первой инстанцией нарушения могут быть устранены при рассмотрении дела в апелляционном порядке, в связи с чем вынес новое решение.

При этом он сослался на разъяснения КС, из которых следует, что решение об отводе защитника, как и решение об отказе в удовлетворении ходатайства о допуске к участию в деле защитника, приглашенного подозреваемым, обвиняемым, должны быть законными, обоснованными и мотивированными, с указанием на конкретные фактические основания, базирующиеся на материалах дела (Определения от 14 октября 2004 г. № 333-О, от 13 октября 2009 г. № 1111-О-О, от 9 ноября 2010 г. № 1573-О-О и от 24 сентября 2012 г. № 1515-О).

Комментарий адвоката

Комментируя «АГ» апелляционное постановление, Андрей Шайдуров отметил, что оно его полностью устраивает. «Основные доводы, изложенные в жалобе, были услышаны судом, – пояснил он. – Первая инстанция не должна была давать оценку показаниям В.Е. о том, что я якобы оказал ей юридическую помощь. Суду следовало исходить из достоверных и объективных фактов. Апелляция правильно указала, что в соответствии с УПК интересы свидетелей и потерпевших защищает адвокат, полномочия которого подтверждены ордером. Кроме того, должен быть договор на оказание юридической помощи. В отношении свидетеля такого договора не было». При этом он добавил, что в течение двух месяцев был лишен возможности защищать своего доверителя.

Адвокат с удовлетворением подчеркнул, что благодаря позиции суда апелляционной инстанции не был создан прецедент, который позволял бы по каким-либо основаниям, в том числе надуманным, отводить неугодных адвокатов от участия в уголовном деле.

В заключение Андрей Шайдуров добавил, что он обращался в Адвокатскую палату Иркутской области уже после того, как суд первой инстанции признал постановление об отводе обоснованным: «Я надеялся, что суд разберется в ситуации, но получил отрицательное решение. После этого принял решение обращаться за содействием в палату».

Комментарий вице-президента АП Иркутской области

По словам вице-президента АП Иркутской области Сергея Старостенко, Андрей Шайдуров, обратившись в адвокатскую палату, представил документы, в том числе якобы свидетельствующие об оказании им давления на свидетелей по делу.

Из этих документов Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов и Совет палаты сделали вывод, что в отношении Андрея Шайдурова проводятся ОРМ (наблюдение и прослушивание) в отсутствие санкции суда. «Мы сочли необходимым направить обращение прокурору о недопустимости проведения ОРМ в отношении Андрея Шайдурова и просили пресечь эти действия», – отметил Сергей Старостенко. При этом он добавил, что палата одобрила действия Андрея Шайдурова по обжалованию постановления следователя в порядке ст. 125 УПК.

«Апелляционная инстанция подтвердила правомерность выбранной стратегии и тактики Комиссии по защите прав адвокатов и Совета палаты», – резюмировал Сергей Старостенко.

КС РФ запретил следствию искусственно изменять статус адвоката с защитника на свидетеля по тому же делу

suwannar1981.gmail.com / Depositphotos.com

Конституционный Суд Российской Федерации своим «отказным» определением признал незаконным (проведенным вопреки смыслу Уголовно-процессуального кодекса) процессуальный маневр по «выводу» неугодного следствию адвоката из числа защитников обвиняемого по делу: адвоката сначала допрашивают по тому же делу в качестве свидетеля, а затем на этом основании заявляют ему отвод как защитнику (Определение КС РФ от 11 апреля 2019 г. № 863-О).

Поводом послужила жалоба адвоката, с которым следствие и прокурор обошлись именно таким образом. При этом допрос и очная ставка с собственным подзащитным были устроены без предварительного разрешения суда (суд просто отказался рассматривать соответствующее ходатайство следователя). Впоследствии адвокат обжаловал постановление следователя и его действия, связанные с этими допросом и очной ставкой, но суд признал их законными. А когда уже само дело подзащитного стало рассматриваться в суде, сторона обвинения отвела защитника ввиду того, что в данном деле тот является свидетелем.

В своей жалобе в КС РФ адвокат указывал на неконституционность ряда положений УПК РФ и Федерального закона от 28 декабря 2010 г. № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации», поскольку они позволяют без предварительного решения суда производить в отношении адвоката ОРМ и следственные действия, в том числе наблюдать за адвокатом, задерживать адвоката, осуществлять его привод на допрос в качестве свидетеля, допрашивать в этом качестве, применять к нему иные подобные меры.

КС РФ отказал в рассмотрении жалобы по существу, однако при этом отметил следующее:

  • Конституция РФ и общепризнанные принципы и нормы международного права гарантируют каждому право на получение квалифицированной юридической помощи. Право пользоваться помощью адвоката (защитника) необходимо предполагает обеспечение конфиденциальности сведений, сообщаемых адвокату его доверителем. Этот элемент отношений является не привилегией адвоката, а гарантией законных интересов его доверителя. Государство должно обеспечивать – и законом, и в правоприменении, – такие условия для эффективного осуществления адвокатами деятельности, чтобы гражданин мог свободно сообщать адвокату сведения, которые он не сообщил бы другим лицам, а адвокат – возможность сохранить конфиденциальность полученной информации;
  • поэтому в РФ сформирован отдельный процессуальный режим, в рамках которого возможно проведение следственных действий и ОРМ в отношении адвоката. В частности, адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием, кроме случаев , если об этом просит сам адвокат, с согласия и в интересах своего подзащитного (ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»);
  • допрос адвоката в качестве свидетеля допускается только на основании судебного решения;
  • допрос адвоката в качестве свидетеля, тем более сопряженный с его принудительным приводом, проведенный в нарушение указанных правил без предварительного судебного решения, создает реальную угрозу для адвокатской тайны. Последующий судебный контроль зачастую не способен восстановить нарушенное право доверителя на юридическую помощь: ни признание протокола допроса недопустимым доказательством, ни возвращение отведенному адвокату статуса защитника, ни привлечение следователя к ответственности не могут восполнить урон, нанесенный данному конституционному праву, притом что разглашенная адвокатская тайна уже могла быть использована стороной обвинения в тактических целях;
  • таким образом, оспоренные положения УПК РФ не предполагают привод адвоката к следователю для его допроса в качестве свидетеля об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием им юридической помощи, без предварительного судебного решения;
  • проведение таких процессуальных действий в отношении адвоката, участвующего в уголовном деле в качестве защитника, с применением правовых норм вопреки их смыслу, выявленному КС РФ в его решениях, включая рассматриваемое определение, само по себе не может служить основанием для отстранения этого адвоката от дальнейшего участия в качестве защитника в данном уголовном деле.
Читать еще:  Обращение генеральному прокурору российской федерации

Ходатайство об отводе адвоката в соответствии со ст.72 УПК РФ

Процедура отвода защитника встречается по уголовным делам намного реже, чем замена защитника и отказ от защитника, хотя, названные процедуры могут пересекаться по своим правовым основаниям. Например, в случае, если защитник своими действиями вредит интересам защищаемого (или представляемого) им лица, то, от такого защитника можно не отказываться, а заявить ему отвод, что не противоречит положениям ст.ст.72, 69 и 61 УПК РФ.

Более того, поскольку в ст.72 УПК РФ предусмотрена прямая отсылка к положениям ст.69 УПК РФ, то, отвод защитнику можно заявить также в случае выявившейся его некомпетентности (неопытности), что несовместимо с конституционным установлением о квалифицированной юридической помощи, которую должен оказывать защитник.

Вместе с тем, хотя в ст.69 УПК РФ содержится отсылка к ст.61 УПК РФ, но, вряд ли будет правильным заявлять отвод защитнику по основанию его заинтересованности в исходе дела (ч.2, ст.61 УПК РФ), поскольку, в отличие от судьи, прокурора, следователя, обязанных быть объективными, такого требования к защитнику в УПК РФ не устанавливается. Таким образом, расширительное толкование ст.ст.61,69,72 УПК РФ ограничивается иными положениями уголовно-процессуального законодательства, в частности, положениями п.11, ч.1, ст.53 УПК РФ, дозволяющими защитнику использовать иные, не запрещённые УПК РФ средства и способы защиты. Отсюда следует, что отвод защитнику по таким основаниям, как выявившаяся его некомпетентность или совершение действий, вредящих интересам защищаемого, может быть заявлен только его подзащитным. Но, такой отвод может быть не принят судом, следователем, особенно, если защитник назначен в порядке ст.51 УПК РФ. Тогда подозреваемым, обвиняемым применяются процедуры отказа от защитника и замены защитника.

В последние годы всё чаще встречаются случаи, когда судья, следователь не принимают заявленный отказ от защитника, даже если это защитник по соглашению. Но, по нашему мнению, расторжение с адвокатом соглашения на защиту влечёт прекращение статуса защитника у такого адвоката ввиду отсутствия с ним соглашения на защиту. Представленный ранее адвокатом ордер на защиту, в котором обязательна ссылка на соглашение, утрачивает своё юридическое значение. А новый ордер адвокат выписать не может по причине отсутствия другого соглашения с данным подозреваемым, обвиняемым. Действия следователя, судьи, когда они выносят решение о назначении защитником в порядке ст.51 УПК РФ данного адвоката, с которым соглашение на защиту было расторгнуто, не основано на законе и нарушает право подозреваемого, обвиняемого на защиту, в том числе, право на отказ от конкретного адвоката защитника и право на замену участвующего в уголовном деле адвоката защитника.

С ледователю СО СУ МВД РФ

по городу Самаре

От адвоката НО “Самарская областная коллегия

адвокатов” Антонова А.П., рег. № 63/2099

в реестре адвокатов Самарской области

Адрес для корреспонденции: г. Самара,

пр-кт Карла Маркса, д. 192, оф. 619

« ____ » _________ 201 ___ г

Ходатайство № 15

об отводе адвоката защитника

в соответствии со ст.72 УПК РФ

В Вашем производстве находится уголовное дело № 111222333444 , возбужденное по ст._____ УК РФ в отношении А. __________________ .

В качестве защитников А._________ по данному уголовному делу допущены адвокаты Т.____________ и Ш.____________.

Мной в установленном законом порядке, по данному уголовному делу осуществляется представительство интересов потерпевшего Д. ________.

Полагаю, адвокат Т.____________ не может осуществлять в данном уголовном деле защиту А.____________ и подлежит отводу по следующим основаниям:

В соответствии с ч.6, ст.49 УПК РФ, один и тот же адвокат не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого.

В соответствии с п.3, ч.1, ст.72 УПК РФ, защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого.

Данное уголовное дело выделено из уголовного дела № 555444333222 в соответствии со ст.154 УПК РФ, так как уголовное дело № 555444333222 направлено в суд для рассмотрения в особом порядке в отношении обвиняемого Г.____________, признавшего свою вину в совершении преступления, предусмотренного ст._____ УК РФ. При этом, обвинение в отношении Г._________ предусматривает совершение им данного преступления в соучастии с А.

Защиту Г.___________ в суде осуществлял адвокат Т.___________.

По нашему уголовному делу № 111222333444, по эпизоду обвинения в отношении А. о совершении им преступления в соучастии с Г.__________, А.__________ свою вину полностью отрицает и утверждает, что его оговорили свидетели обвинения, одним из которых является Г.________, в проведении очной ставки с которым А._____________ было отказано на том основании, что уголовное дело в отношении Г.__________ передано в суд и А.___________ может оказать на Г.___________ воздействие.

Таким образом, в нарушение требований ч.6, ст.49 УПК РФ, адвокат Т.__________ осуществляет по уголовному делу № 111222333444 защиту лица (А.___________), интересы которого противоречат другому лицу (Г._____________), защиту которого осуществлял один и тот же адвокат Т._____________.

Интересы этих лиц, защиту которых осуществлял и осуществляет адвокат Т._____________, прямо противоречат друг другу, поскольку, если А.____________ отрицает совершение преступления в соучастии с Г._____________, то, Г.__________ свою вину в этом полностью признал и заключил с органами предварительного расследования соглашение о сотрудничестве. После передачи уголовного дела в суд Г.___________ подтвердил желание рассмотреть его уголовное дело в особом порядке в присутствии своего защитника — адвоката Т.______________.

Исходя из вышесказанного,

руководствуясь ст. ст. 45; 49; 72 УПК РФ , —

ПРОШУ:

Отвести адвоката Т.___________ от участия в данном уголовном деле № 111222333444 в качестве защитника А._____________ .

— копия приговора в отношении Г.______________;

Представитель потерпевшего Д.

адвокат ______________ А.П. Антонов

Всего комментариев: 2

Мой муж находится на принудительном лечении в стационаре общего типа с декабря 2012г. Стационар неоднократно (в последние два года) подавал ходатайство о смене принудительной меры на амбулаторное лечение. Суд не соглашается. Отправляет на экспертизу. Экспертиза дважды была и есть отрицательная рецензия на последнюю,имеются множественные нарушения содержательного и процессуального характера.
Как отстранить от участия в процессе
1. Судью,который пристрастен,в документе привирает в худшую сторону. Активно поддерживает обвинение. Доводы защиты игнорирует,критикует,не даёт выговориться защите и законному представителю. Манера поведения в зале суда.
2. Адвоката по назначению. Адвокат выполняет действия вредящие мужу,намеренно динамит процесс
3. Экспертов психиатров.

Здравствуйте! Основания для отвода судьи содержатся в ст. 61 Уголовно-процессуального кодекса.
Судья не может участвовать в рассмотрении административного дела и подлежит отводу, если он:
1) участвовал в предыдущем рассмотрении данного административного дела в качестве судьи и в соответствии с требованиями настоящего Кодекса его повторное участие в рассмотрении административного дела является недопустимым;
2) участвовал в предыдущем рассмотрении данного административного дела в качестве прокурора, секретаря судебного заседания, представителя, эксперта, специалиста, переводчика или свидетеля;
3) является членом семьи, родственником или родственником супруга кого-либо из лиц, участвующих в деле, либо их представителей;
4) лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе административного дела.
В Вашем случае имеются основания полагать, что в данном случае судья заинтересован в исходе дела, и Вы можете подать ходатайство об отводе судьи. Учитывая ситуацию, сделать это лучше в письменном виде. Даже если это ходататйство не удовлетворят, отказ может Вам пригодиться при дальнейшем обжаловании судебного акта.
При отказе в удовлетворении ходататйтсва все Ваши доводы и определние суда об отказе в удовлетворении ходатайства Вы можете отразить в апелляционной или кассационной жалобе на решение суда.
Также у Вас есть возможность написать на адвоката по назначению жалобу на бездействие в Адвокатскую Палату соответствующего субъекта РФ. Либо Вы можете пригласить к участию в деле любого адвоката по своему выбору, заключив с ним соглашение на оказание правовой помощи.
Жалобу на экспертов Вы можете подать в Прокуратуру с указанием того, в чем именно заключаются их нарушения.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector