2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Пределы судебного разбирательства в уголовном процессе

Пределы судебного разбирательства

Статья 252 УПК РФ содержит важнейшее правило о пределах судебного разбирательства. Оно содержит два принципиальных момента.

Во-первых, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого. В отношении иных лиц не допускается исследование доказательств об их причастности к совершению преступления, а в приговоре суда нельзя допускать формулировок, указывающих на то, что в совершении рассматриваемого преступления виновны также иные лица. Обращая на это внимание, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении «О судебном приговоре» от 29 апреля 1996 г. N 18 в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 7 подчеркнул, что «в тех случаях, когда отдельные участники преступного деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, освобождены от уголовной ответственности по предусмотренным в законе основаниям, суд, если это имеет значение для установления роли, степени и характера участия подсудимого в преступлении, квалификации его действий или установления других существенных обстоятельств дела, может сослаться в приговоре на роль этих лиц в деянии с обязательным указанием оснований прекращения дела.

В случае если дело в отношении некоторых обвиняемых выделено в отдельное производство, в приговоре указывается, что преступление совершено подсудимым совместно с другими лицами, без упоминания их фамилии*(64).

Во-вторых, судебное разбирательство может проводиться лишь по предъявленному обвинению. Какие-либо иные факты совершения подсудимым противоправных действий, кроме тех, в совершении которых предъявлено обвинение органами предварительного расследования, не могут рассматриваться в судебном разбирательстве.

Пределы обвинения по существу определяются содержанием постановления о привлечении в качестве обвиняемого, и объему этого обвинения должно соответствовать обвинительное заключение. Судебным документом, определяющим пределы судебного разбирательства, является постановление судьи о назначении судебного заседания. Следовательно, точнее говорить о том, что судебное разбирательство проводится только в отношении подсудимого и в отношении обвинения, по которому он предан суду.

Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается лишь при условии, что этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. Следовательно, закон обязывает, прежде чем изменить ранее предъявленное обвинение, выяснить, нет ли наличия одного из указанных элементов либо их одновременно.

Ухудшение положения подсудимого наступает в том случае, когда возникает необходимость изменить обвинение на более тяжкое: применить другую норму закона, санкция которой предусматривает более строгое наказание, либо влечет применение дополнительной меры наказания, либо влечет избрание более строгого вида исправительно-трудового учреждения при назначении наказания в виде лишения свободы, либо увеличивает объем обвинения, как по фактическим обстоятельствам совершения преступления, так и по наступившим в результате их совершения последствиям, и т.п.

Нарушение права подсудимого на защиту возникает в случае, когда изменение обвинения влечет за собой существенное отличие нового обвинения по фактическим обстоятельствам от ранее предъявленного, независимо от его тяжести, когда вместо одних ранее вмененных в вину деяний вменяются другие, когда обвинение переквалифицируется на статью уголовного закона, предусматривающего ответственность за преступление иного рода, даже и тогда, когда оно является менее тяжким.

Понятия «ухудшение положения подсудимого» и «нарушение права подсудимого на защиту» могут существовать самостоятельно либо совпадать полностью или частично. При наличии одного из них или при их совокупности изменение обвинения не допускается.

Изменение обвинения допускается, если этим улучшается положение подсудимого при соблюдении права его на защиту.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Статья 252 УПК РФ. Пределы судебного разбирательства (действующая редакция)

1. Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

2. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 252 УПК РФ

1. Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого, т.е. лица, в отношении которого на предварительном расследовании было вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого или обвинительный акт (ч. 1 ст. 47). Использование в части 1 данной статьи термина «обвиняемый», а не «подсудимый» неслучайно — законодатель тем самым подчеркнул, что проведение судебного разбирательства правомерно в отношении лишь тех лиц, которые имели возможность в полном объеме воспользоваться процессуальными гарантиями права на защиту, предоставленными на досудебном производстве обвиняемому. Другими словами, пределы судебного разбирательства ограничены кругом тех лиц, которые фигурировали в качестве обвиняемых в обвинительном заключении (ст. 220) или обвинительном акте (ст. 225).

2. По смыслу части 1 данной статьи судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвинению, т.е. обвинению, предъявленному лицу на предварительном расследовании в форме постановления о привлечении в качестве обвиняемого или обвинительного акта, а в случае предварительного следствия — и в виде обвинительного заключения (ч. 2 ст. 222). Вместе с тем, согласно ч. 8 ст. 246, государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может также изменить обвинение в сторону смягчения, что не сопровождается предъявлением подсудимому измененного таким образом обвинения. Кроме того, судья в ходе предварительного слушания может частично прекратить уголовное дело (ст. 239), в связи с чем предметом судебного разбирательства будет являться лишь часть предъявленного обвиняемому обвинения, а именно то, которое указано в постановлении судьи о назначении судебного заседания.

3. В части 2 настоящей статьи установлено т.н. правило о недопустимости поворота обвинения к худшему, являющееся гарантией права обвиняемого на защиту. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим а) не ухудшается положение подсудимого; б) не нарушается его право на защиту. Строго говоря, нарушение права на защиту также в широком смысле слова означает ухудшение положения обвиняемого, и наоборот — ухудшение положения обвиняемого в смысле данной статьи нарушает право обвиняемого на защиту. В узком смысле ухудшение положения обвиняемого заключается в изменении обвинения на более тяжкое. Более тяжким будет считаться:

а) обвинение в совершении преступления, за которое уголовным законом установлена более суровая ответственность. Если верхние пределы санкций статей уголовного закона неодинаковы, более тяжким будет считаться обвинение по статье УК, предусматривающей более высокую верхнюю границу наказания либо более суровый вид наказания. Если верхние пределы санкций одинаковы, принимаются в расчет нижние их пределы. При этом более тяжким будет считаться обвинение по статье УК, предусматривающей более высокую нижнюю санкцию;

б) обвинение, юридическая квалификация которого включает по сравнению с прежней новые составы преступлений (например, при идеальной совокупности преступлений), ранее не вменявшиеся обвиняемому;

в) обвинение, которое позволяет признать наличие опасного или особо опасного рецидива (ст. 18 УК).

Под нарушением права обвиняемого на защиту понимается такое изменение обвинения, при котором новое обвинение существенно отличается по фактическим обстоятельствам от ранее предъявленного, т.е. если это влечет за собой изменение представлений о времени, месте, способе и других обстоятельствах совершения преступления, влияющих на квалификацию деяния либо могущих повлиять на вид и меру наказания. Переход к такому новому обвинению в судебном разбирательстве лишает подсудимого возможности и времени на то, чтобы всесторонне обдумать обвинение, избрать оптимальную позицию защиты, заявить ходатайства о получении дополнительных оправдательных доказательств, т.е. нарушает его положение с точки зрения реализации права на защиту. Существенное изменение обвинения с фактической стороны ухудшает положение обвиняемого по критерию нарушения права на защиту не только тогда, когда в результате обвинение становится более тяжким, но даже в том случае, если измененное обвинение становится более мягким (см. об этом п. 5 ком. к ст. 246).

4. В связи с упразднением института возвращения дела судом для дополнительного расследования самостоятельное значение приобретает вопрос о том, какое решение должен принять суд, если в ходе судебного разбирательства будут с несомненностью установлены основания для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам по сравнению с тем, которое было предъявлено обвиняемому на предварительном расследовании. Например, в судебном разбирательстве по делу по обвинению лица в простом убийстве (ч. 1 ст. 105 УК) было неопровержимо доказано, что на самом деле убийство было совершено с особой жестокостью, группой лиц и из корыстных побуждений или по найму (пункты «д», «ж», «з» части 2 ст. 105 УК). Поскольку поворот обвинения к худшему в суде запрещен, суд не вправе вынести обвинительный приговор, скорректировав обвинение в истинную, но неблагоприятную для обвиняемого сторону.

Созданный Конституционным Судом РФ институт возвращения судом дела прокурору для исправления допущенных процессуальных нарушений в нынешнем его виде не подходит для решения этой проблемы, поскольку Конституционный Суд исходит из правовой позиции, согласно которой такое исправление допущенных нарушений не должно сводиться: к установлению органами предварительного расследования новых фактических обстоятельств дела; к доказыванию виновности обвиняемых; к дополнению ранее предъявленного обвинения; к переквалификации деяний (см. об этом ком. к ст. 237). Судебная практика пока фактически исходит из того, что обвинительный приговор в этих случаях может быть вынесен по старому, указанному в постановлении о назначении судебного заседания обвинению. На наш взгляд, здесь используется юридическая фикция. Она является абсолютно неправомерной в том случае, когда виновность подсудимого по более тяжкому и одновременно существенно отличающемуся по фактической стороне обвинению полностью доказана в судебном разбирательстве и не вызывает у суда никаких сомнений. Дело в том, что согласно ч. 4 ст. 302 УПК «обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств». Тем более обвинительный приговор не должен основываться на заведомой неправде и явно противоречить исследованным в суде доказательствам. При мотивировании такого приговора суд будет испытывать серьезные трудности, поскольку его выводы не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, что является основанием для отмены приговора как необоснованного и незаконного (п. 1 ст. 380). Представляется, что данная проблема может быть решена двояким образом. Первый способ является, на наш взгляд, более предпочтительным, однако требует изменения закона с тем, чтобы стороне защиты предоставлялось необходимое время (если надо, то и с отложением судебного заседания) для ознакомления в суде с обвинением, которое изменено обвинителем в сторону, ухудшающую положение подсудимого. При этом было бы возможно и проведение по ходатайству стороны защиты дополнительных судебных следственных действий, а также (по примеру французского судопроизводства) введение института отдельных судебных поручений органам предварительного расследования, благодаря которым, не передавая дело на доследование, можно было бы получать сведения о фактических обстоятельствах, необходимых для обеспечения права обвиняемого на защиту. И только тогда, когда защита изначально заявит о своем несогласии с осуществлением поворота обвинения к худшему непосредственно в суде, дело может быть направлено — фактически по настоянию стороны защиты — на дополнительное расследование для перепредъявления обвинения. Такой вариант регулирования нисколько не противоречит состязательному началу, принципам равенства сторон и обеспечения права обвиняемого на защиту и, вместе с тем позволяет удовлетворительно решить задачу примирения процессуальной досудебной подготовки континентального типа (с ее многочисленными, сложными и нередко нарушаемыми процедурными правилами) и состязательного судебного разбирательства. Второй способ решения проблемы обладает тем единственным преимуществом, что позволяет использовать уже имеющиеся нормы УПК РФ. Вместе с тем он сложен и неудобен, прежде всего, для стороны защиты. Тем не менее его использование позволяет временно (при условии внесения в закон указанных выше изменений) снять остроту названной проблемы. Так, если в ходе судебного рассмотрения будут выявлены новые факты — основания для изменения обвинения против подсудимого на более тяжкое и при этом существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам, — органами предварительного расследования в отношении данного лица в общем порядке может быть возбуждено новое уголовное дело — уже по признакам более тяжкого преступления, с учетом новых фактических обстоятельств. Следует иметь в виду, что возвращение уголовного дела судом прокурору возможно и для соединения уголовных дел (п. 4 ч. 1 ст. 237). В этом случае возвращенное судом дело будет соединено органом предварительного расследования с вновь возбужденным, после чего необходимо предъявить лицу новое обвинение. Затем потребуется проведение комплекса действий, связанных с окончанием предварительного расследования, с учетом изменения обвинения (ст. ст. 215 — 220, 221 — 222, 223 — 226).

Читать еще:  Приговор статья упк

На первый взгляд препятствие для такого образа действий состоит в том, что согласно п. 2 ч. 1 ст. 153 в одном производстве могут быть соединены лишь уголовные дела в отношении одного лица, совершившего несколько преступлений, а в данном случае речь идет, по сути, об одном деянии, хотя и представленном в двух разных версиях. Однако необходимо учитывать, что в силу презумпции невиновности обвиняемый должен считаться невиновным в совершении преступления вплоть до вступления в законную силу приговора суда (ст. 14). Это значит, что при соединении дел нельзя исходить из совершения обвиняемым и тем более подозреваемым именно преступлений. Поэтому норму, содержащуюся в п. 2 ч. 1 ст. 153, следует толковать ограничительно — по существу, речь в ней должна идти не о совершении одним лицом нескольких преступлений, а о наличии у него процессуального статуса обвиняемого или подозреваемого по нескольким уголовным делам. При таком подходе не существует каких-либо технико-юридических ограничений на соединение «старого» и «нового» уголовных дел, причем последнее, включающее обвинение, которое отличается более точной квалификацией и фактическим составом, поглотит прежнее неправильное обвинение. Можно предвосхитить упрек в адрес подобной юридической конструкции, который, по-видимому, будет состоять в том, что при ее использовании сторона уголовного преследования, каждый раз частично варьируя обвинение, получит возможность многократно привлекать лицо к уголовной ответственности практически за одно и то же деяние, что приходит в столкновение с принципом non bis in idem. Следует, однако, заметить, что действительное существование новых фактов, требующих существенного изменения обвинения, в данном случае, по существу, уже фактически доказано в судебном разбирательстве, что только и служит поводом для предложения о соединении дел. Это является естественным барьером, сдерживающим возможное произвольное манипулирование обвинением.

Иначе может решаться вопрос, когда в суде выяснится одна лишь неправильность квалификации преступления, требующая изменения в худшую для обвиняемого сторону только юридической стороны обвинения и не затрагивающая новых фактов. Здесь возбуждение уголовного дела в расчете на новое обвинение и соединение его с прежним невозможно, так как дело может быть возбуждено, лишь если получены данные, указывающие на новое или по крайней мере относительно новое уголовно-противоправное деяние, то есть имеется новый фактический состав, не совпадающий с прежним. В подобной ситуации суду действительно остается только назначить судебное заседание и вынести приговор в соответствии с первоначальной квалификацией. При этом в приговоре следует открыто признать, что фактические обстоятельства дела требуют иной, более суровой квалификации данного деяния, но в силу правила о недопустимости поворота обвинения к худшему суд применяет квалификацию, содержащуюся в переданном в суд обвинении. В этом случае также имеет место юридическая фикция, однако, в отличие от фикции, описанной выше (при изменении фактического состава обвинения), она имеет больше оснований на то, чтобы считаться легитимной, поскольку здесь уже нельзя сказать, что приговор основан на предположениях или что изложенные в нем доказательства противоречат фактическим обстоятельствам дела.

5. Правила ком. статьи распространяются и на апелляционное производство.

Комментарий к СТ 252 УПК РФ

Статья 252 УПК РФ. Пределы судебного разбирательства

Комментарий к статье 252 УПК РФ:

1. Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого, т.е. лица, в отношении которого на предварительном расследовании было вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого или обвинительный акт (ч. 1 ст. 47). Использование в части 1 данной статьи термина «обвиняемый», а не «подсудимый» неслучайно — законодатель тем самым подчеркнул, что проведение судебного разбирательства правомерно в отношении лишь тех лиц, которые имели возможность в полном объеме воспользоваться процессуальными гарантиями права на защиту, предоставленными на досудебном производстве обвиняемому. Другими словами, пределы судебного разбирательства ограничены кругом тех лиц, которые фигурировали в качестве обвиняемых в обвинительном заключении (ст. 220) или обвинительном акте (ст. 225).

2. По смыслу части 1 данной статьи судебное разбирательство проводится лишь по предъявленному обвинению, т.е. обвинению, предъявленному лицу на предварительном расследовании в форме постановления о привлечении в качестве обвиняемого или обвинительного акта, а в случае предварительного следствия — и в виде обвинительного заключения (ч. 2 ст. 222). Вместе с тем, согласно ч. 8 ст. 246, государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может также изменить обвинение в сторону смягчения, что не сопровождается предъявлением подсудимому измененного таким образом обвинения. Кроме того, судья в ходе предварительного слушания может частично прекратить уголовное дело (ст. 239), в связи с чем предметом судебного разбирательства будет являться лишь часть предъявленного обвиняемому обвинения, а именно то, которое указано в постановлении судьи о назначении судебного заседания.

3. В части 2 настоящей статьи установлено т.н. правило о недопустимости поворота обвинения к худшему, являющееся гарантией права обвиняемого на защиту. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим а) не ухудшается положение подсудимого; б) не нарушается его право на защиту. Строго говоря, нарушение права на защиту также в широком смысле слова означает ухудшение положения обвиняемого, и наоборот — ухудшение положения обвиняемого в смысле данной статьи нарушает право обвиняемого на защиту. В узком смысле ухудшение положения обвиняемого заключается в изменении обвинения на более тяжкое. Более тяжким будет считаться:

а) обвинение в совершении преступления, за которое уголовным законом установлена более суровая ответственность. Если верхние пределы санкций статей уголовного закона неодинаковы, более тяжким будет считаться обвинение по статье УК, предусматривающей более высокую верхнюю границу наказания либо более суровый вид наказания. Если верхние пределы санкций одинаковы, принимаются в расчет нижние их пределы. При этом более тяжким будет считаться обвинение по статье УК, предусматривающей более высокую нижнюю санкцию;

б) обвинение, юридическая квалификация которого включает по сравнению с прежней новые составы преступлений (например, при идеальной совокупности преступлений), ранее не вменявшиеся обвиняемому;

в) обвинение, которое позволяет признать наличие опасного или особо опасного рецидива (ст. 18 УК).

Под нарушением права обвиняемого на защиту понимается такое изменение обвинения, при котором новое обвинение существенно отличается по фактическим обстоятельствам от ранее предъявленного, т.е. если это влечет за собой изменение представлений о времени, месте, способе и других обстоятельствах совершения преступления, влияющих на квалификацию деяния либо могущих повлиять на вид и меру наказания. Переход к такому новому обвинению в судебном разбирательстве лишает подсудимого возможности и времени на то, чтобы всесторонне обдумать обвинение, избрать оптимальную позицию защиты, заявить ходатайства о получении дополнительных оправдательных доказательств, т.е. нарушает его положение с точки зрения реализации права на защиту. Существенное изменение обвинения с фактической стороны ухудшает положение обвиняемого по критерию нарушения права на защиту не только тогда, когда в результате обвинение становится более тяжким, но даже в том случае, если измененное обвинение становится более мягким (см. об этом п. 5 ком. к ст. 246).

4. В связи с упразднением института возвращения дела судом для дополнительного расследования самостоятельное значение приобретает вопрос о том, какое решение должен принять суд, если в ходе судебного разбирательства будут с несомненностью установлены основания для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам по сравнению с тем, которое было предъявлено обвиняемому на предварительном расследовании. Например, в судебном разбирательстве по делу по обвинению лица в простом убийстве (ч. 1 ст. 105 УК) было неопровержимо доказано, что на самом деле убийство было совершено с особой жестокостью, группой лиц и из корыстных побуждений или по найму (пункты «д», «ж», «з» части 2 ст. 105 УК). Поскольку поворот обвинения к худшему в суде запрещен, суд не вправе вынести обвинительный приговор, скорректировав обвинение в истинную, но неблагоприятную для обвиняемого сторону.

Созданный Конституционным Судом РФ институт возвращения судом дела прокурору для исправления допущенных процессуальных нарушений в нынешнем его виде не подходит для решения этой проблемы, поскольку Конституционный Суд исходит из правовой позиции, согласно которой такое исправление допущенных нарушений не должно сводиться: к установлению органами предварительного расследования новых фактических обстоятельств дела; к доказыванию виновности обвиняемых; к дополнению ранее предъявленного обвинения; к переквалификации деяний (см. об этом ком. к ст. 237). Судебная практика пока фактически исходит из того, что обвинительный приговор в этих случаях может быть вынесен по старому, указанному в постановлении о назначении судебного заседания обвинению . На наш взгляд, здесь используется юридическая фикция. Она является абсолютно неправомерной в том случае, когда виновность подсудимого по более тяжкому и одновременно существенно отличающемуся по фактической стороне обвинению полностью доказана в судебном разбирательстве и не вызывает у суда никаких сомнений. Дело в том, что согласно ч. 4 ст. 302 УПК «обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств». Тем более обвинительный приговор не должен основываться на заведомой неправде и явно противоречить исследованным в суде доказательствам. При мотивировании такого приговора суд будет испытывать серьезные трудности, поскольку его выводы не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, что является основанием для отмены приговора как необоснованного и незаконного (п. 1 ст. 380). Представляется, что данная проблема может быть решена двояким образом. Первый способ является, на наш взгляд, более предпочтительным, однако требует изменения закона с тем, чтобы стороне защиты предоставлялось необходимое время (если надо, то и с отложением судебного заседания) для ознакомления в суде с обвинением, которое изменено обвинителем в сторону, ухудшающую положение подсудимого. При этом было бы возможно и проведение по ходатайству стороны защиты дополнительных судебных следственных действий, а также (по примеру французского судопроизводства) введение института отдельных судебных поручений органам предварительного расследования, благодаря которым, не передавая дело на доследование, можно было бы получать сведения о фактических обстоятельствах, необходимых для обеспечения права обвиняемого на защиту. И только тогда, когда защита изначально заявит о своем несогласии с осуществлением поворота обвинения к худшему непосредственно в суде, дело может быть направлено — фактически по настоянию стороны защиты — на дополнительное расследование для перепредъявления обвинения. Такой вариант регулирования нисколько не противоречит состязательному началу, принципам равенства сторон и обеспечения права обвиняемого на защиту и, вместе с тем позволяет удовлетворительно решить задачу примирения процессуальной досудебной подготовки континентального типа (с ее многочисленными, сложными и нередко нарушаемыми процедурными правилами) и состязательного судебного разбирательства. Второй способ решения проблемы обладает тем единственным преимуществом, что позволяет использовать уже имеющиеся нормы УПК РФ. Вместе с тем он сложен и неудобен, прежде всего, для стороны защиты. Тем не менее его использование позволяет временно (при условии внесения в закон указанных выше изменений) снять остроту названной проблемы. Так, если в ходе судебного рассмотрения будут выявлены новые факты — основания для изменения обвинения против подсудимого на более тяжкое и при этом существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам, — органами предварительного расследования в отношении данного лица в общем порядке может быть возбуждено новое уголовное дело — уже по признакам более тяжкого преступления, с учетом новых фактических обстоятельств. Следует иметь в виду, что возвращение уголовного дела судом прокурору возможно и для соединения уголовных дел (п. 4 ч. 1 ст. 237). В этом случае возвращенное судом дело будет соединено органом предварительного расследования с вновь возбужденным, после чего необходимо предъявить лицу новое обвинение. Затем потребуется проведение комплекса действий, связанных с окончанием предварительного расследования, с учетом изменения обвинения (ст. ст. 215 — 220, 221 — 222, 223 — 226).

Читать еще:  Принцип состязательности судебного процесса предполагает

———————————
См., например: Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 03.08.2005 по делу N 56-о05-48 // СПС «Гарант».

На первый взгляд препятствие для такого образа действий состоит в том, что согласно п. 2 ч. 1 ст. 153 в одном производстве могут быть соединены лишь уголовные дела в отношении одного лица, совершившего несколько преступлений, а в данном случае речь идет, по сути, об одном деянии, хотя и представленном в двух разных версиях. Однако необходимо учитывать, что в силу презумпции невиновности обвиняемый должен считаться невиновным в совершении преступления вплоть до вступления в законную силу приговора суда (ст. 14). Это значит, что при соединении дел нельзя исходить из совершения обвиняемым и тем более подозреваемым именно преступлений. Поэтому норму, содержащуюся в п. 2 ч. 1 ст. 153, следует толковать ограничительно — по существу, речь в ней должна идти не о совершении одним лицом нескольких преступлений, а о наличии у него процессуального статуса обвиняемого или подозреваемого по нескольким уголовным делам. При таком подходе не существует каких-либо технико-юридических ограничений на соединение «старого» и «нового» уголовных дел, причем последнее, включающее обвинение, которое отличается более точной квалификацией и фактическим составом, поглотит прежнее неправильное обвинение. Можно предвосхитить упрек в адрес подобной юридической конструкции, который, по-видимому, будет состоять в том, что при ее использовании сторона уголовного преследования, каждый раз частично варьируя обвинение, получит возможность многократно привлекать лицо к уголовной ответственности практически за одно и то же деяние, что приходит в столкновение с принципом non bis in idem. Следует, однако, заметить, что действительное существование новых фактов, требующих существенного изменения обвинения, в данном случае, по существу, уже фактически доказано в судебном разбирательстве, что только и служит поводом для предложения о соединении дел. Это является естественным барьером, сдерживающим возможное произвольное манипулирование обвинением.

Иначе может решаться вопрос, когда в суде выяснится одна лишь неправильность квалификации преступления, требующая изменения в худшую для обвиняемого сторону только юридической стороны обвинения и не затрагивающая новых фактов. Здесь возбуждение уголовного дела в расчете на новое обвинение и соединение его с прежним невозможно, так как дело может быть возбуждено, лишь если получены данные, указывающие на новое или по крайней мере относительно новое уголовно-противоправное деяние, то есть имеется новый фактический состав, не совпадающий с прежним. В подобной ситуации суду действительно остается только назначить судебное заседание и вынести приговор в соответствии с первоначальной квалификацией. При этом в приговоре следует открыто признать, что фактические обстоятельства дела требуют иной, более суровой квалификации данного деяния, но в силу правила о недопустимости поворота обвинения к худшему суд применяет квалификацию, содержащуюся в переданном в суд обвинении. В этом случае также имеет место юридическая фикция, однако, в отличие от фикции, описанной выше (при изменении фактического состава обвинения), она имеет больше оснований на то, чтобы считаться легитимной, поскольку здесь уже нельзя сказать, что приговор основан на предположениях или что изложенные в нем доказательства противоречат фактическим обстоятельствам дела.

5. Правила ком. статьи распространяются и на апелляционное производство .

———————————
См. п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2008 N 28 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в судах апелляционной и кассационной инстанций».

Пределы судебного разбирательства

Ограничение законом пределов судебного разбирательства определяется самой конструкцией уголовного процесса с его принципом разделения функций, согласно которому суд в уголовном процессе должен осуществлять только правосудие и не вправе формулировать содержание обвинения (ст.

Судебное разбирательство может осуществляться лишь в пределах обвинения, сформулированного в обвинительном заключении (ст. 220 УПК РФ) или в обвинительном акте (ст. 225 УПК РФ), в жалобе потерпевшего по делам частного обвинения (ч. 2 ст. 20, ст. 318 УПК РФ). Эти пределы определяются кругом лиц, которые ранее были привлечены к уголовной ответственности и в отношении которых вынесено постановление о назначении судебного заседания (ст. 231 УПК РФ), а также содержанием обвинения, обозначенного в указанном постановлении.

Установленное ограничение пределов судебного разбирательства основывается на признании правосудия основной и единственной функцией суда в уголовном судопроизводстве. Суд не вправе выходить за пределы содержания обвинения, выдвинутого органами уголовного преследования, против привлеченных к уголовной ответственности лиц, не может сам формулировать обвинение и самостоятельно определять круг этих лиц до рассмотрения дела в судебном заседании. Благодаря этому установлению должны четко определяться границы доказывания по делу, называться обвиняемые лица и обозначаться обвинительные положения, предопределяющие основные направления построения реализации права на защиту для подсудимого.

Вместе с тем уголовно-процессуальный закон не запрещает суду вносить некоторые изменения в предъявляемое подсудимому обвинение. Необходимость подобных изменений вызывается результатами судебного следствия. Однако эти изменения допускаются только в направлении, благоприятном для обвиняемого, исключающем нарушение правила запрета поворота к худшему и ограничивающем реализацию права обвиняемого на защиту.

Они могут состоять в исключении отдельных эпизодов обвинения или квалифицирующих преступление признаков, отягчающих ответственность подсудимого; переквалификации обвинения на статью (пункт, часть статьи) Особенной части Уголовного кодекса, предусматривающую менее строгое наказание; уменьшение размера причиненного преступлением ущерба и устранение иных обстоятельств, имеющих негативное значение для уголовно-правовой оценки деяния подсудимого.

Уголовно-процессуальный закон исключает возможность изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, рассмотренного судом при подготовке судебного заседания, в связи с которым было вынесено постановление о назначении судебного заседания. Изменение обвинения на более тяжкое имеет место, когда применяется другая норма уголовного закона, санкция которой предусматривает более строгое наказание, более высокий нижний и верхний пределы, устанавливает дополнительное наказание либо не содержит в качестве альтернативы более мягких видов наказания; когда в формулу обвинения включаются дополнительное число эпизодов преступной деятельности, более значительный размер причиненного вреда или новое отягчающее ответственность обстоятельство.

Отличающимися по фактическим обстоятельствам должны признаваться обвинения в преступлениях, составы которых характеризуются различными признаками объекта, субъекта, объективной либо субъективной сторон преступления. При этом новое обвинение считается существенно отличающимся от ранее предъявленного, если для его опровержения необходимо установление дополнительных доказательств либо переоценка уже имеющихся в деле. Таким образом, суд вправе изменить обвинение в судебном заседании лишь при рассмотрении дел об однородных преступлениях, когда новое обвинение существенно не отличается от обвинения, по которому назначено судебное заседание, если новое обвинение не ухудшает положение подсудимого и не влечет за собой расширение объема ранее предъявленного обвинения.

Недопустимость изменения в суде обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся от ранее предъявленного определяется прежде всего необходимостью обеспечения подсудимому условий полной реализации права на защиту: ему должна быть обеспечена возможность использования всех предоставленных законом процессуальных средств для защиты от обвинения.

Пределы судебного разбирательства

Разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых и лишь по тому обвинению, которое содержится в постановлении о назначении судебного заседания. Речь идет о пределах судебного разбирательства (ст. 254—256 УПК).

В соответствии с законом изменение обвинения в суде допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту (ст. 254 УПК). Суд (судья) может: а) исключить из обвинения отдельные эпизоды, которые не подтвердились в судебном заседании; б) исключить из обвинения признаки преступления, отягчающие ответственность подсудимого; в) изменить формулировку обвинения и его юридическую квалификацию, если новое обвинение не является более тяжким и по обстоятельствам дела существенно не отличается от обвинения, по которому было назначено судебное заседание. В этих случаях суд (судья) вправе продолжить разбирательство дела и вынести приговор.

Читать еще:  Предварительное слушание в уголовном процессе шпаргалка

Если возникает необходимость изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по обстоятельствам дела от обвинения, которое содержится в постановлении о назначении судебного заседания, суд (судья) должен направить дело на дополнительное расследование. Без этого суд не вправе: а) дополнить обвинение новыми, хотя бы и сходными эпизодами; б) признать установленными новые признаки преступления, отягчающие ответственность подсудимого; в) изменить формулировку обвинения или его юридическую квалификацию, если это отягчает ответственность подсудимого, влечет применение более сурового закона или вносит существенные изменения в прежнее обвинение.

Суд не вправе изменить квалификацию деяния, не обращая дело к доследованию, если новое обвинение смягчает ответственность подсудимого, но существенно отличается от прежнего по своему содержанию. Такое ограничение обусловлено необходимостью гарантировать подсудимому возможность защищаться против того обвинения, которое ему ранее было предъявлено.

Важной гарантией охраны прав и законных интересов подсудимого является недопустимость возврата в судебном заседании к более тяжкой квалификации обвинения, которую судья в постановлении о назначении судебного заседания заменил на менее тяжкую.

Суд (судья) не вправе (не только в ходе судебного разбирательства, но и при назначении судебного заседания) восстановить квалификацию деяния, данную следователем, если прокурор при утверждении обвинительного заключения изменил квалификацию и применил закон о менее тяжком обвинении. Во всех указанных случаях суд обязан возвратить дело на дополнительное расследование для исследования обстоятельств, вызвавших соответствующие изменения, предъявления нового обвинения и предоставления обвиняемому реальной возможности использовать право на защиту от обвинения, за которое в дальнейшем он может быть осужден.

Аналогично решаются и вопросы, связанные с возбуждением уголовного дела по новому обвинению и в отношении новых лиц. Так, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что имеются обстоятельства, указывающие на совершение подсудимым преступления, по которому обвинение ему не было предъявлено, суд, не приостанавливая разбирательство, должен возбудить дело по новому обвинению и направить материалы для производства предварительного расследования в общем порядке. В случае, когда новое обвинение связано с первоначальным и раздельное их рассмотрение не представляется возможным, все дело должно быть возвращено для производства дополнительного расследования (ст. 255 УПК).

В тех случаях, когда обвинение ранее было предъявлено, но затем оно было аннулировано дознавателем, следователем или прокурором, суд (судья) может вернуться к этому обвинению признать его обоснованным и выделить материалы для отдельного расследования или возвратить все дело ввиду неполноты и односторонности на доследование, если его раздельное рассмотрение по этим основаниям не представляется возможным.

Если в судебном разбирательстве выясняются обстоятельства, указывающие на совершение преступления лицом, не привлеченным к уголовной ответственности или неправильно освобожденным от нее в предыдущих стадиях процесса, суд должен возбудить в отношении этого лица уголовное дело и направить материалы для производства предварительного расследования в общем порядке. Если же вновь возбужденное дело находится в неразрывной связи с рассматриваемым делом и раздельное их рассмотрение не представляется возможным, суд (судья) должен направить все дело для производства дополнительного расследования.

Возбуждение дела в отношении свидетеля, потерпевшего или эксперта, давших заведомо ложное показание или заключение, возможно лишь одновременно с постановлением приговора, т.е. после оценки судом (судьей) всех доказательств по делу в их совокупности. В случае необходимости суд может применить к лицу, в отношении которого он возбуждает дело, меру пресечения (ст. 256 УПК) 1 .

1 Следует иметь в виду, что суд присяжных таким правом не обладает. Он “. не может возбудить дело по новому обвинению или в отношении нового лица” (см. разд. X, ст. 429 УПК). Это правило должно быть распространено на все суды, так как возбуждение уголовного дела против лица есть деятельность обвинительная, несовместимая с осуществлением правосудия.

Решением принципиальной важности является исключение суда из круга субъектов, уполномоченных возбуждать уголовные дела. Поскольку обвинительная власть имеет достаточно возможностей, участвуя в судебном разбирательстве, выявлять попутно преступления, признаки которых обнаружились в суде, а также и реагировать на них, возложение на суд функции уголовного преследования излишне, не говоря уже о концептуальных пороках такого решения 2 .

2 См.: Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М., 1992. С. 90.

Возбуждение уголовного дела судом по новому обвинению или в отношении нового лица, так же как и избрание или изменение судом по его собственной инициативе мер пресечения, является элементом обвинительной деятельности. Эти институты в действующем законе противоречат состязательному построению судопроизводства, являются рудиментом инквизиционного уголовного процесса. В суде присяжных (ст. 429 УПК) такие правомочия исключены. Дальнейшее преобразование судопроизводства, которое проводится в соответствии с Концепцией судебной реформы, одобренной Верховным Советом Российской Федерации 24 октября 1991 г., должно повлечь устранение всех полномочий суда, которые по существу не соответствуют его функциям как органа правосудия и связаны с возлагавшейся ранее на суды ответственностью за борьбу с преступностью 1 .

1 См.: Морщакова Т.Г. Судебное разбирательство // Уголовный процесс / Под общ. ред. П.А. Лупинской. М., 1995. С. 331.

Разбирательство дела откладывается на определенный срок с указанием времени нового судебного заседания по данному делу в случае невозможности разбирательства дела вследствие неявки в судебное заседание кого-либо из вызванных лиц или в связи с необходимостью истребования новых доказательств, суд откладывает разбирательство и принимает меры к вызову неявившихся лиц или истребованию новых доказательств.

Если подсудимый скрылся, а также в случае психического или иного тяжкого заболевания подсудимого, исключающего возможность его явки в суд, он приостанавливает производство в отношении этого подсудимого до его розыска или выздоровления и продолжает разбирательство в отношении остальных подсудимых. Если, однако, раздельное разбирательство затрудняет установление истины, все производство по делу приостанавливается. Розыск скрывшегося подсудимого объявляется определением суда или постановлением судьи (ст. 15, 257 УПК).

Если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в ст. 232 УПК, суд направляет дело для производства дополнительного расследования.

При поступлении дела в суд после окончания дополнительного расследования вопрос о назначении судебного заседания разрешается в общем порядке (ст. 258 УПК).

В процессе судебного разбирательства суд по своей инициативе или по ходатайствам участников судебного разбирательства может отложить дело слушанием, истребовав дополнительные доказательства, либо возвратить дело прокурору для производства дополнительного расследования. Однако это далеко не единственное основание возвращения уголовного дела на доследование из судебного заседания. Определение о возвращении дела на доследование может быть вынесено в случаях: 1) неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, которая не может быть восполнена в судебном заседании; 2) существенного нарушения уголовно-процессуального закона органами дознания или предварительного следствия; 3) наличия оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения, связанного с ранее предъявленным, либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по обстоятельствам дела от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении; 4) наличия оснований для привлечения к уголовной ответственности по данному делу других лиц при невозможности выделить о них материалы дела; 5) неправильного соединения или разъединения дела (ст. 232, 258 УПК).

Суд не вправе направлять дело для дополнительного расследования в целях выяснения обстоятельств, которые органами предварительного следствия уже проверялись и нуждаются в оценке суда.

Недопустимы случаи направления дел для производства дополнительного расследования, когда, по мнению суда, доказательства виновности обвиняемого в деле отсутствуют, восполнить их невозможно и материалы дела дают основания для постановления оправдательного приговора 1 .

1 См. постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17 апреля 1984 г. № 2 “О некоторых вопросах, связанных с применением судами уголовно-процессуальных норм, регулирующих возвращение для дополнительного расследования (в ред. постановления Пленума от 21 декабря 1993 г. № 11) // Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ. 1961—1993. М, 1994. С. 240—246.

Возвращая дело на дополнительное расследование, суд обязан в определении указать, по какому основанию дело возвращается и какие обстоятельства должны быть дополнительно выяснены. Суд должен также решить вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого.

Правила, установленные ст. 258 УПК, распространяются на постановления судьи, единолично рассматривающего дело в предусмотренных законом случаях.

Коренные социально-экономические и политические преобразования, происходящие в стране, должны обеспечить гармоничную интеграцию России в мировое сообщество как цивилизованного правового государства. Начавшаяся судебно-правовая реформа предполагает радикальное обновление уголовно-процессуального законодательства в свете Конституции РФ, его демократизацию в сочетании с принятием эффективных мер по борьбе с преступностью.

Однако провозглашение самых лучших принципов ничего не дает, пока не создан механизм их реализации, пока в городах и весях России суды рассматривают дела по старинке, штампуют именем государства прежние по духу приговоры и решения, опираясь на неотмененные социалистические законы. Так, в Концепции судебной реформы в РФ отмечается, что уголовный процесс нужно построить на началах подлинной состязательности. В связи с этим инициатива суда о направлении уголовного дела на дополнительное расследование прокурору (ст. 232, 258 УПК) свидетельствует об обвинительном уклоне суда, который явно противоречит данному принципу. Обеспечение же реальной состязательности судебного разбирательства обусловливает необходимость исключения обязанности суда направлять уголовные дела прокурору на дополнительное расследование при неполноте расследования 1 .

1 См.: Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М., 1992. С. 84—86.

Судебное разбирательство может закончиться вынесением определения о прекращении дела, если во время судебного разбирательства будут выяснены обстоятельства, предусмотренные ст. 5 УПК, кроме случаев, указанных в ч. 2 ст. 5 УПК. Дело подлежит прекращению в судебном заседании в случаях, предусмотренных ст. 6—9 УПК. Дела о преступлениях, предусмотренных ст. 115,116, ч. 1 ст. 129 и ст. 130 УК, по которым не проводилось предварительное следствие или дознание, подлежат прекращению также при примирении потерпевшего с подсудимым, за исключением случаев, указанных в ч. 4 ст. 27 УПК.

Важное значение имеет разрешение вопроса о мере пресечения. Согласно ст. 26 УПК во время судебного разбирательства суд (судья) при наличии оснований, предусмотренных ст. 89 и 101 УПК, вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого. Вопрос о мере пресечения приходится решать суду в связи с уклонением подсудимого от явки в суд (ст. 247 УПК), при возбуждении уголовного дела в судебном заседании в отношении нового лица (ст. 256 УПК), при вынесении приговора (ст. 303 УПК), при вынесении определения о прекращении угловного дела и в других случаях. Об избрании, изменении или отмене меры пресечения суд выносит определение.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector